Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
гостевая сюжет список ролей внешности акции faq правила шаблон анкеты заполнение лз
Добро пожаловать на ролевую игру по миру Bishoujo Senshi Sailor Moon!
Наша история основана на событиях оригинальной манги и выступает ее вольным продолжением, охватывая временной период спустя 5 лет после заключительной главы. Встречи со старыми героями и новыми врагами, головоломки и загадки, поиск истины и неожиданные открытия - в этом мире возможно все.

Рейтинг ролевой NC-21, эпизодическая игровая система

4 - 18 июня, 2001 год

СРОЧНО НУЖНЫ В ИГРУ:



Связь с администрацией:
Saturn (icq) - 712376041, (telegram) - @ky_rin
Cyprine (skype) - layla11119

«большая пребольшая цитата» имя игрока

«большая пребольшая цитата» имя игрока

«большая пребольшая цитата» имя игрока

«большая пребольшая цитата» имя игрока

«большая пребольшая цитата» имя игрока
Пролог №2. Ice Queen
Пролог №3. Upside down
Пролог №4. Bird Song
Эпизод №2. Do you see my visions?
Эпизод №4. Dream Train
Эпизод №5. Fight fire with fire

Оз

Ведьмин круг

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмин круг » Прошлое » Пролог #4. Bird Song


Пролог #4. Bird Song

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Bird Song

УЧАСТНИКИ:

ДАТА, ВРЕМЯ:

МЕСТО:

Mimete, GM

18 мая, полдень

Токио, модельное агентство Cinq Deux Un

На свете вовсе мало девушек, что хоть единожды не мечтали о карьере в модельном бизнесе; мало кто из них догадывается в те безоблачные годы об адском труде, сопровождающем их мечту. Изнурительные диеты, тренировки, бесконечные кастинги и вечный стресс, преследующий юные дарования, способен вынести не каждый.
Чего стоит один только поиск агентства, достойного явить миру талант тех, кто все же решил ступить на эту нелегкую стезю. Десятки бессонных ночей, не меньше - испорченных в хлам ногтей, павших жертвой близкого нервного срыва, сотни портфолио, разосланных по разным городам...
Как же велико счастье тех, получающих приятную весть - приглашение от агентства на работу.
Разве может испортить подобную новость тот факт, что никаких документов в Cinq Deux Un, пригласившее её на контракт, Эри Айзава не отправляла?

0

2

Зеркало врало безбожно.

Эри отражалась в нем в полный рост: игривая шотландка платья, дерзкая высота тонких шпилек, яркий цвет глаз и губ. Волосы забраны вверх и склолоты под шиньоном, несколько распушённых прядей намеренно обрамляют лицо, вьются, касаются шеи, подчеркивают ее длину.

Она выглядит уверенно, смело, успешно - и облик этот не содержит ни единой крупицы правды.

Айзава касается зеркальной глади робко, будто одного непродуманного прикосновения по ледяной его поверхности хватит, чтобы обманка-колдовство развеялось без следа. Словно не зеркало, а вода - тронешь, и тебя смоет за рябью и дрожью: умрешь, пропадешь!..

Элли очень боится пропасть.

Есть что-то неправильное в том, что пришло вчера ей письмом. Тонкий конверт - белоснежный прямоугольник чуть шероховатой бумаги, без марок, словно кто-то собственноручно доставил его ей под дверь, минуя всю эту почтовую рутину, и лишних штампов; он содержал лишь ее имя - снаружи - и приглашение приступить к работе в самом "Cinq Deux Un" - внутри.
И поверить в это было чертовски сложно.

У Эри, признаться, так себе память. Она наперечет знает разве что таблицу химически веществ да список имен актеров набирающего популярность сериала, и при этом то и дело забывает само его название. И, конечно, повесив в прихожей неделю назад постер с изображением Мими Ханьё, она поддалась эмоциям, всплакнула и, не утирая восторженных слёз ("Как же я прекрасна! Как талантлива и какие же у меня красивые сиськи! Были бы! Но их тоже забрали в Мюген!.."), под их воздействием на едином дыхании натворила восхваляющее ее, Мими-Эри, красу резюме.

И вот ведь памяти причуды - она знает, уверена просто, что ни о каком таком "Cinq" в рассылке своей "красы" и не заикалась даже. Потому что и рассылки никакой не было - вообще.
Агенства Элли всегда навещает лично - так у нее всегда больше шансов оказать воздействие и произвести впечатление, а, самое главное, уйти с любого просмотра с добычей. Чего стоят только сделанные тайком снимки других моделей!

Эри - она дальновидна. Это сегодня те девицы в очереди на прослушивание никто и ничто, а завтра они попадут в постель к нужному человеку, или найдут свое место в рекламной кампании очередной супер-школы, и вот уже новая звезда все увереннее и уверенней жарит собой небосвод!
Растет стоимость этой "звезды" - растут в цене и ее фотоснимки.

... А, значит, приглашение это - большая ошибка. Чья-та. Но Элли будет полной дурой, если не сумеет извлечь из него пользу.

Только заранее дрожат колени и сушит во рту - стоит лишь представить, какими словами ее развернут и с каким удовольствием наподдадут в спину, чтобы ушла поскорее. В таких местах царят жестокие нравы; лебезить и извиняться пред доказательством собственного несовершенства не станет никто.
А Элли будет именно такой - доказывающей, что люди здесь бывают неправы, - кто бы не отвечал за этот странный белоснежный конвертик.

Но - к чёрту!..
Элли поджимает губы сурово, хмурит брови, бьёт ладонью по сердцу зеркальной-Мими.

Она выдержит! Насмешки и злой шепот, сдавливаемые в чужих сильных руках локотки, когда тебя, и без того несопротивляющуюся, взашей выталкивают за порог - она переживала это не раз и не два. Даже не двадцать пять! Она приучена к этому с детства, и больнее уже не станет.
Но, не рискнув, звёздочка-Элли так никогда не найдет свое место на небе.

А зефирки, между прочим, кончаются!

Ради зефирок - она пойдет туда и постарается остаться. Зайдет так далеко, как будет возможно.

***

Деньги таксисту Элли протягивала небрежно - и с таким видом, словно в ее кошельке оставался по меньшей мере миллион йенн, а не жалкий их десяток. И к дверям агентства подходила с гордо поднятой головой и походочкой "от бедра".

Весь мир у твоих ног, Элли, весь мир!
Помни.

Манёвр сработал - во всяком случае, шкафовидного вида парень, стоявший на входе, пустил ее внутрь без лишних вопросов: ей хватило одного предостерегающего взгляда из-под ресниц, чтобы он, открыв рот, закрыл его, так и не произнеся ни звука.
Мысли о том, что модельное агентство - не банк, и дело вовсе не в сногсшибательной уверенной неотразимости Эри, а в том, что красть тут можно разве что постеры да еще разукрашенных девиц, а не деньги и сейфы, она прогнала.

Ты - Королева, Элли! Королева дороги из желтого кирпича, иди же в свой Изумрудный Город...

... Дорога привела ее к стойке, чем-то напоминающую тех, что бывают в барах. Разве что вместо бармена за ней - симпатичная девушка, да стаканы и бутыли заменяют многочисленные папки. Впрочем, такие же яркие, как бывают коктейли.

Элли кладет свой конвертик с вальяжной неспешностью прямо поверх какой-то бумажки: девица за стойкой до сих пор была поглощена своим документом полностью, даже не подняв голову на подошедшую Королеву.

- Я работаю здесь первый день, - скучающим голоском поведала ей Элли, уделяя большее внимание своим безупречно отполированным ноготкам, чем наконец-то вытаращившейся на нее девице. - В этом контракте не сказано, куда мне подойти. Сообщите там, - она повела плечом, словно сгоняла с него невидимое насекомое, - вы сами-знаете-кому, что прибыла Эри Айзава.

Внутри все сжималось: когда, когда последует удар?.. Сейчас - стоит лишь девушке за стойкой увидеть, что никакой это не контракт, а лишь приглашение к нему? Чуть после, когда станет ясно, что и эта бумажка - ложь, обманка, капкан для доверчивой Элли?

Отредактировано Mimete (2017-09-17 19:07:05)

+7

3

[NIC]Yumiko Shiro[/NIC][AVA]http://forumfiles.ru/files/0018/5e/3e/84980.jpg[/AVA]
Кому-то кажется, что если ты не вышел до конца лицом, стал шире на сантиметр или, вдруг того хуже, ниже - на три, но сумел прикрепить сидалище к модельному бизнесу хоть отчасти - это делает тебя успешным. Само собой, подумать ведь только - сидеть по эту сторону стекляных дверей!
Каждой, трепещущей от волнения анорексичке, что дрожащим голосом заявляла Ясу о столь невероятном наблюдении, на которое ушла большая часть стремительно выветривающегося серого вещества, она открыто, со всей глубиной переполняющих её чувств, улыбалась. В этом и заключалась её работа.
Скалить лицо на всякую залетную стрекозу, стараясь сделать это как можно более дружелюбно. Вот и сейчас Ясу оскалилась, для начала - конверту, уже после - представшей перед нею особе.
- Добро пожаловать в Cinq Deux Un, Айзава-сан, - и год-то идет далеко не первый, и одну, до скрежета эмали на зубах, ненавистную французскую цифру она произносит почти без акцента; на том и закончились все её мечты о Париже. Пальцы разворачивают конверт слегка небрежно, касаются приглашения, вовсе не контракта, бегло проходят его глазами, и принимаются за телефон. В условиях договора для моделей умение читать за положительное качество не значилось.
Телефонная трубка записалась в предатели. Попытки довозниться одна за другой натыкались на глухое молчание на том конце, что значило только одно: за искомым придется идти наверх, натыкаясь на сплошь высокомерный мышиный взгляд...

- Простите за беспокойство, Миура-сан, - актриса из Ясу вышла бы ещё хуже, чем модель. Неудовольство от происходящего легло на её лицо плотной печатью и явно не скрылось от обладательницы тонкого голоса, что появилась незаметно от всех остальных. Широ Юмико, о которой месяцем раньше и знать то никто не знал, сейчас была самым ярким из айдолов, настоящих открытий, талантов, самородков и прочих утопающих в лести эпитетов, от которых у Ясу сводило подбородок. - Это моя ошибка. Эри Айзава-сан, - девочка коротко поклонилась Мимет в знак приветствия. - Пришла ко мне. Можно? - рука, протянутая через стойку, явно ожидает того, чтобы ей вернули конверт с приглашением; никто бы и не стал той противиться. Она ловко складывает обе бумажки, уменьшая те в маленьких пальчиках до значительно меньших размеров, и прячет их где-то в складках пышного наряда. - Прошу Вас, Айзава-сан, следуйте за мной.
За право сотрудничать с Юмико последнюю неделю сражалось не одно кастинг-агентство на карте японского шоу-бизнеса; среди них были и значительно более крупные, чем "Cinq Deux Un". Что могло понадобиться той от Эри?...
До дверей кабинета, что больше подходил какому-нибудь модному HR-менеджеру, нежели супер-популярной-девочке-подростку, Широ не проронила ни слова.
- Я хотела кое о чем Вас спросить, - лишь когда дверь с тихим звуком захлопнулась за спинами обеих девушек, та обернулась к Эри, отыскав всё в том же пышном наряде другой, многократно сложенный листок: даже не плакат, а обрывок его - такого же точно, что недавно расположился в доме у Элли, изображающего Мими Ханьё.

+3

4

Там, где пиджачок девицы за стойкой топорщится в намёке на грудь, прикреплён бейджик. Элли даже не пытается напрячь зрение и прочесть ее имя - ей знать его ни к чему; она скользит по растянутому в доброжелательной улыбке рту взглядом, снисходительно кивает в ответ на приветствие и ждёт, по-прежнему не выбиваясь из образа избалованной вниманием агентств богачки, когда же ее попросят пойти отсюда вон.

Время тянется патокой.

Элли успевает подумать со смешанным чувством злорадства, малодушной мстительности и, немножечко, сожаления: как хорошо, что с бумажки снята копия, и хорошо, что копия заверена у юристов. Теперь это не просто клочок переработанной древесины на память о несбывшемся, а прекрасная возможность организовать скандал на просторах в сети - достаточно одной публикации в блоге, ванильных рыданий об обманутых надеждах, причитаниях о людских ошибках, ломающих чьи-то жизни и хрупкие крылья, и сотни-другой репостов, как поднявшаяся волна возмущений, солидарности, а, главное, желчи, которой у женщин любых мастей и профессий бывает с избытком, изрядно подмочит репутацию агентства, что, разумеется, никогда не станет местом работы Мими.

Может быть, и секретаршу эту, усиленно делающую вид, будто пытается дозвониться куда-то, захлестнет с головой и подтопит.

Предаваясь размышлениям, она все равно не потеряла контроль. Правда, позволила себе легкое воздействие на нервы девчонки, в какой-то момент начав нетерпеливо барабанить по лакированной поверхности стойки пальцами.
Тук-тук. Тук-тук. Тук...
Пальцы второй, скрытой от глаз секретарши руки, судорожно сжимали локоток первой.

Потерпи, Элли.
Осталось немного, Элли...

Третье действующее лицо сцены явилось бесшумным призраком - заставило вздрогнуть, сбиться с выбиваемого перестуком ритма, еще и приложиться пребольно костяшками о край стола.
Ни негромкий голосок, ни исполненный вежливости поклон не вводят Эри в заблуждение. Она видит, какой уверенностью наполнено движение изящной кисти, и видит, как безропотно ложится в маленькую ладошку конверт.
А еще Элли знает - айдолами не становятся просто так. Пышный наряд, кукольный лик - лишь отвлекающий внимание фасад, а там, внутри, и змеючий нрав, и стальные нервы, и железная воля.
С другим набором скиллов не взлетают так высоко и столь быстро.

- Широ-сан, - откликается Эри в ответ. И тихо радуется тому, что собственный голос не подводит - он мелодичен, умеренно-звонок, и наполнен ровно тем набором чувств, которые она желает продемонстрировать собеседнице. Вежливое ожидание. Ответное уважение. Легкое удивление и, конечно же, приязнь, которой на самом деле нет и в помине.

Что ж, Элли! Добро пожаловать на следующую ступень - на первой тебя не вышибли, но стоит ли радоваться? Чем выше заберешься, тем сильнее саднят полученные синяки, когда сиганешь с верхотуры.

... За девочкой-идолом она следует, старательно излучая все то же спокойное любопытство.

Стены кабинета кажутся неестественно, неуместно светлыми. Словно, хмыкает про себя Элли, на приеме у психиатра, а не с поп-айдолом наедине оказалась. Того и гляди начнутся неудобные вопросы о детстве и просьбы разглядеть кляксы получше.

Элли почти угадала.

Она стояла, оцепенело рассматривая зажатый в чужой крохотной ручке плакат, слишком, до боли, знакомый, чтобы не узнать в нем, чудовищно измятом, собственное лицо. А в черепе, глухо вбиваясь в виски, билось предостерегающее: соври, скажи, что не знаешь, соври, соври, ну же...

Она не сможет.

- Надо же, какая древность! - Мими рассмеялась неискренне, хрипло. В жесте, которым она нервозно оправила волосы, было слишком много от нее настоящей - затаенные боль и страх, подавляемые тоска и злость - на тех, кто украл у нее ее саму. Забрал блистательную Мими, оставил взамен неудачницу-Элли. И ни толики, ни капельки памяти о том, каково это - быть всеми любимой. Лишь знание: когда-то все было именно так. - Где вы это нашли? У братишки в тайном шкафу? Вы поэтому меня пригласили? Из-за нее?..

Во рту сделалось кисло. Не думая о том, что делает, Элли перехватила девичьи запястья, сжала предупреждающе, потянула к себе, на себя - ей хотелось забрать, выцарапать Мими у девчонки.
Словно именно та владеет памятью о ней.
Будто это что-то изменит.

Элли опомнилась внезапно - когда насильно поднятые руки с изжеванным в них плакатом оказались на уровне собственных глаз. Хотелось отпустить запястья, отпрыгнуть в сторону прочь, а еще лучше - отменить последние минут пять жизни, а то и все утро, но янтарный взгляд с плаката завораживал, делал тело безвольным и слабым.

- У меня больше нет права называться этим именем, - проговорила она медленно. И так же медленно, через силу, разжала пальцы, отступила на шаг. - Мими Ханьё осталась навсегда погребенной под толщей воды - там, в "Бесконечности". Она была талантливой актрисой и хорошей певицей. Но...

Элли улыбнулась, постепенно возвращая себе самообладание, и, вздернув подбородок повыше, закончила с вызовом:

- Я могу лучше.

Отредактировано Mimete (2017-09-18 11:17:53)

+5

5

[NIC]Yumiko Shiro[/NIC][AVA]http://forumfiles.ru/files/0018/5e/3e/84980.jpg[/AVA]Она по-прежнему лучится непосредственностью: такой же детской, такой же невинной, как весь облик Юмико Широ, смотрящий на мир, заключенный сейчас для неё в одну только Эри, широко распахнутыми глазами.
Она не понимает, но и не осуждает, лишь вдыхает глубоко, удивленно, безропотно подаваясь вперед, и молчит, не в силах произнести ни слова.
Вот она: сила, порожденная злобой, граничащее с неистовством рвение, желание - безумное, пожирающее без остатка; такого неволей боишься, оставаясь наедине.
Она может лучше.
Юмико ухмыляется где-то внутри, неосязаемо, для глаза незримо, и сама отступает на пару шагов. Не её, Эри, звезда сияет так ярко, что кажется никогда не погаснет; не она, Эри, не нуждается в мучительных ожиданиях, доводящих ту до отчаяния; ей, Эри, приходится демонстрировать свой талант не на сцене, не перед камерами - здесь, в маленькой комнатке, перед мелкой девчонкой, накинувшей удавку на шею журавлю.
Она сломана, растоптана, она - тень, бессильное отражение, что никак не выбьется из-под фигуры чужой шахматной доски.
Она может лучше.
- Вот как, - голос Юмико звучит расстроено, отчасти виновато; её взгляд не рискует больше встречаться взглядом с Эри, внимательно исследуя измятый клочок бумаги в руках. Девочка проводит по нему пальцами, отгибая затертые, свернувшиеся уголки; там, где подушечки касаются Мими, озаряющей лучезарностью - взгляните только, почти неподдельной! - даже этот жалкий лоскут, руки Широ движутся особенно медленно, ласково, почти с любовью. Когда-то её, Мими, не Юмико лицо глядело на жителей Токио с рекламных баннеров и плакатов, с огромных экранов, заполняющих звонким голосом каждую улицу, каждый маленький переулок, поглощая собою - забитые залы и стадионы. - Я позвала Вас потому, что не верю, - заявляет Юмико неожиданно-бойко, и от робкого взгляда не остается и следа. Так смотрят разве что маленькие дети - на родителей, бесправно убеждающих тех, что единорогов на свете не бывает; да на мир, что позднее не убедит - докажет. - Не верю, что Вы можете лучше!
Стоило ждать, что Юмико нет-нет, да топнет ногой, встряхнет высоко заплетенными хвостиками, да то ли разревется и убежит, то ли выставит Эри, не иначе как самозванку, вон. Но руки её лишь сжимают остатки плаката, смотрят на него вновь, с тоской, и резко протягивают девчонке напротив.
- Докажите!

+4

6

Невинный взгляд, хрупкая по-детски фигурка, кожа бархатная даже на вид и фарфорово-белая.
Она похожа на альву, эта девчонка, и Эри ловит себя на мысли: нельзя осуждать злую королеву - ту, что обрекла на смерть посмевшую превзойти ее белизной лица, пухлостью губ, мягким шёлком волос.

Шея у Широ Юмико гибкая, беззащитная.
Тонкая как у цыплёнка.
Всего одно движение, Элли, быстрое движение пальцев...
... Всего одно движение уверенной рукою, и взгляд Юмико навсегда потухнет, а пышное платье ее - наверняка распадется, опадет лепестками, как розовый куст. Красиво! Будет очень красиво. Как в сказке.
И сколько сердец, трепещущих при одном упоминании ее имени, сколько людей, обманутых лучезарным взглядом, доброй улыбкой, станут свободными - открытыми для другой любви. Эри готова взять их всех под опекающее свое крыло, петь им сладкие, успокаивающие песни, улыбаться - так же солнечно, как делает это Юмико с плакатов и сцены.

... Ты ненавидишь ее так сильно, Элли?..

Сильно. Ненависть сжимает внутренности, будто невидимая ледяная рука собирает их горстью, кружит голову, крючит пальцы, острит черты лица и сужает зрачки.
Ненависть не обмануть: Юмико может сколько угодно сжимать маленькими своими ручонками постер и одаривать его наполненными грустью взглядами, но Эри знает, что тосковать Широ может лишь об одном. Какой бы высоты не был гребень волны популярности, на котором последний месяц так уверенно сёрфингует альвоподобная девчонка, до вознесшей к космосу волны Ханьё этой пигалице - что до Луны пешком.
Никогда не дойти.

Мими - недостижима. И то, что Юмико позвала сюда Эри, то, какими вопросами она задается, ее неверие - "можете лучше?!" - ее горячее "докажите!" только подтверждают все это. Юмико и сама понимает - ее судьба не гореть даже, а так... жалко посвёркивать.

И, конечно же, она позвала сюда Элли в надежде узнать её секрет. Профессиональную тайну настоящей звезды - что делать, чтобы не скатиться в забвение?.. Парадокс же: Мими не помнит себя, зато о ней - не забыли даже спустя столько лет.

Губы сами собой кривятся в самодовольной усмешке; ненависть отступает, ее вытесняют гордость и редкое, щекочущее счастьем изнутри, ощущение - эйфория.
Ее знают и ее никогда не превзойдут. Слышишь, Элли?..

Мими распрямляет плечи - она и не заметила, когда успела их опустить; не иначе злобной судорогой свело не только стремящиеся сомкнуться на гусиной шейке пальчики. Голова под тяжестью белокурого шиньона запрокидывается сама собой - не сильно, но так можно смотреть на Широ совсем свысока, и ее образ расплывается из-под сетки ресниц. Утратившая четкость очертаний, она лишается последнего, чем могла раздражать - той детскости и изящества фэйрис, будто взятых у самой Элли.

И это окончательно освобождает Айзава от ненависти.

Она садится у ног девочки мягко: красная юбка платья раскладывается вокруг ровным солнышком круга, неустойчивый острый каблук - с готовностью раскачивает легкое тельце. Чтобы не растянуться на полу в таком положении и остаться сидеть на корточках, приходится приложить некоторые усилия: школьных идолов не учат балансировать на тоненьких шпильках, им, чья игра построена на флёре невинности, и туфельки-то полагаются совсем школьные, строгие.
... Впрочем, даже умей Мими это прежде, Элли все равно не перепало ничего из ее знаний.
Лишних денег, чтобы пойти на курсы, не было никогда. Эри училась походке модели и обращению с каблучками сама - в перерывах между изготовлением заказов, под очередную серию слащавой дорамы или песню красивого певца, игнорируя ломоту в спине или резь в усталых глазах после долгой работы над реактивом.

И уже поэтому Элли намного сильнее.

Острые локотки ощутимо впились в коленки, на сложенные в кулачки ладони Эри пристроила подбородок. Собеседница теперь была выше разглядывающей ее снизу вверх Айзава, но дискомфорта это больше не причиняло.
Широ ей и в подметки не годится, и дело тут вовсе не в том, кто будет сверху.

- А кто?.. ты?.. такая?..

Каждое произнесенное слово - на легком выдохе, разделенное паузами, созданными словно бы для того, чтобы на каждой из них делать затяжку из невидимого кальяна; они добавляет вальяжности, снисходительной лени и изрядной толики сюрреализма в представляемую Айзавой картинку.

Элли сейчас - не та Элли, что ищет пути в страну Оз, а Элли - многорукая гусеница на огромном лиловом грибе. Не Элли - Элис...
Эллис.
У подножья гриба - жалкая, мелкая и суетливая девчонка, неуместная в этой стране Чудес. Рано или поздно ее пропустят через кроличью дыру обратно - и она вернется в свой серенький мирок влачить никчемное людское существование.

А гусеница и ее гриб будут царить тут вечно.

- Почему я должна тебе что-то доказывать?
[AVA]http://funkyimg.com/i/2xxk1.png[/AVA]

Отредактировано Mimete (2017-09-22 16:30:19)

+5


Вы здесь » Ведьмин круг » Прошлое » Пролог #4. Bird Song